Сьогодні річниця смерті геніального поета Йосипа Бродського. Моя генерація зазнала великого впливу його творчости. Важко бути сучасником генія. Протягом свого життя я написав декілька віршів й дві книжки, присвячені його памяти.

Декілька колег називали мене епігоном Бродського. Я зазвичай відповідав, що це – комплімент…. Я й зараз вважаю, що жити й писати так, якби Й.Б. не існувало, вже неможливо….

Посмертно – И.Б.

дорогой Иосиф сражение под Полтавой
обернулось вечным позором и вечной славой
говорят бежали хохлы и шведы сверкали пятки
а Мазепа теперь на нашей хохляцкой десятке
а на гривне пропащей святой Владимир креститель
а гривне той грош цена святой Владимир свидетель
жаль Карлу Двенадцатому места нет на купюре
Святой Георгий кивает святому Юре

мы осколок Империи я живу на осколке
Александр и Тарас рядом на книжной полке
на крыше избы или хаты аист живет с лелекой
хохол воевал с кацапом вернулся живым но калекой
олимпийцы давно не прыгают проползают под планкой
говорят допинг-смокинг с лихорадкою-лихоманкой
привет вашему Ваньке и вашей красотке Таньке
лучше ходить в вышиванке чем ездить в советском танке

дорогой Иосиф скажи из гроба доколе
нам евреям завидовать скорбной славянской доле
выбирать империи Древний Рим или Штаты за океаном
или Русь святую с полным граненым стаканом
был бы я шинкарем бородатым спаивал бы селянина
был бы бравым солдатом так шел бы себе до Берлина
есть только фашисты и наши ни Алькайды тебе ни Игила
но тебе то что – молчит твоя островная могила

я живу на осколке Империи осколок лучше не трогать
орел двуглавый об него обломает коготь
лети он вороной вместе со скипетром и державой
погладь его перья Эриния своей ладонью шершавой
пусть тиран подавится вампирским имперским супом
а мы проживем со своим оселедцем своим трезубом
привет тебе от еврейской фаршированной рыбки
танцуй хохол под звуки еврейской скрипки

дорогой Иосиф ведущий подрался с ведомым
почему бы каждому не зажить своим домом
если сила в единстве то слабость все же милее
поверь еврею хохлу с кацапским крестом на шее
мы якобы дружбу зарыли быть может вражду зароем
а пока в соборе епископы ходят воинским строем
и тиран стареет но держится молодцевато
и отставник у телика пьет и ругает НАТО

Памяти Иосифа Бродского

Иосиф, я пережил скончание века, его излом.
я видел, как железо, сданное нами в металлолом,
прогремело воскресшей военной техникой по мостовым.
Мертвые сраму не имут. Хуже живым.
Живым, носившим красные галстуки и значки
с профилем Ленина, из них получились качки
в девяностые, а ботаны надели очки
и смотрят на мир, что меняется на глазах,
которые видят все хуже, и лица в слезах
встречаются на экранах, чаще чем наяву.
Море все еще держит корабли на плаву,
воздух с трудом, прогибаясь, помогает лететь
тяжелым бомбардировщикам. Страну обкорнали на треть.
Но страна не погибла, и мы покуда скрипим,
нужно куда-то ехать – в Берлин, в Иерусалим,
в Нью Йорк, там русская речь на каждом шагу.
Бежать почетнее, чем сдаваться на милость врагу.
Загорая на берегу
Атлантического океана, вспоминаешь одесский пляж,
перечень мелких краж
и крупных потерь,
и вздрагиваешь, как будто тяжелая дверь
за тобой захлопнулась навсегда –
в мои-то года, когда борода
редеет, седеет как будто-бы взапуски.
В обиход опять возвращаются шерстяные носки.
Старость берет в тиски.

Я пишу в этот вечер, Иосиф, твоей строкой,
твоим спотыкающимся ритмом, хорошо, хоть своею рукой,
потому что хоть что-то свое надо бы сохранить –
какой то стержень, какую-то красную нить –
нить сиротства, когда сердце стучит не в лад,
и дыр в сознании больше, чем в Колизее аркад,
и в советском паспорте запись – номад,
или бродяга, но вежливее, и так
входишь в историю. На Одиссеев не хватит Итак.
На эллинов Троя одна, на всех римлян – один Карфаген,
и тот разрушен, Как металл – автоген,
жизнь разрезает поровну небытие, пока
над тобою птицы небесные и такие же облака.

2016-24.11.2017

Борис ХЕРСОНСЬКИЙ