***
надо б нас бить да некому
надо б в гости пойти да не к кому
все надо бы нам да не дадено
все потеряно или украдено
все сокрыто в места потаенные
дни пусты как стаканы граненые
ночи тянутся будто резиновые
вехи славные колья осиновые
под гитару да под гармонику
под затертую кинохронику
что же вы со своими снами нам
под простреленным братьями знаменем

 

***

Серебристые, низкорослые деревца
диких, кривых маслин.
По лысой лужайке гуляет овца.
Над ней летит цепеллин.

В цепеллине пилот. На пилоте – шлем.
Из шлема торчат рога.
Мы поцелуи воздушные шлём
из воздуха в стан врага.

И воздух прозрачен, и вечер хорош,
а шерсть овечья бела.
И что-то пищат, не разберешь
что именно, перепела.

И вечер хорош, и Гретхен стройна,
а Ганс – настоящий герой.

Первая мировая война
гораздо лучше второй.

февраль 2008

 

***
В небе черно, на земле бело,
мокрый снег налип на стекло,
клонит ветви до самой земли.
Снегу не скажешь: “вали
отсюда!”, поскольку он валит сюда,
от наших следов не оставит следа.
Такова природа снегов, такова –
ее не облепишь в слова.
Такова природа снегов, такова –
в камине трещат дрова.
Вино в бокале, как при царе.
Белым-бело во дворе.
Властвует старорежимный сплин.
Снег не вышибет снег, словно клином клин.
снег покроет снег, снег – за слоем слой,
как ложится зола над золой.

 

***
черноморская пена накатывается на песок
дугой немного наискосок
слизывает обертки от прошлогодних сластей
оставшихся городу от гостей
из воды торчат несколько глыб известняка
обелиски надгробья рыбы-иглы и морского конька
камень побольше в честь морского бычка
не заметившего крючка
в честь креветок и крабов нет подобных камней
поскольку покойные были меньше и значит скромней
клекот чаек над пляжем нелепый киоск с шаурмой
ветер сквозной пора возвращаться домой
тянут хозяев вдоль песчаной выцветшей полосы
возбужденные псы

 

***
четырнадцать лет в голове гормонов
больше чем мыслей и меньше чем пустоты
время проводишь среди охламонов
хуже тебя и таких же как ты
среди подростков нет соломонов
они не знают правил законов
но помнят что существуют менты

в кармане сигареты с ментолом
средство для дикого кашля из впалой груди
в парке Шевченко танцы и стадион с футболом
вечер тянется вечностью жизнь впереди
направленье движения связано с гендером полом
сколько грации в девичьем теле голом
ничего подрастешь насмотришься подожди

кто хочет обратно в возраст нескладный
кто за торчащий из шеи кадык отдаст седину
кто одиночество поменяет на стадный
инстинкт попробуй а я уже не рискну
потому что юность редко бывает отрадной
скорее нелепой а иногда беспощадной
но вряд ли кто-то это поставит себе в вину

 

З Лао Цзи

*
Кращий володар той,
про якого народу відомо
лише те, що він існує.
Гірше той, якого обожнюють,
ще гірше той, якого ненавидять,
найгіршого – зневажають.

Бо той, який ставиться
до народу з підозрою
робить свій народ таким,
який не вартий довіри.

Коли Вчитель мовчки
закінчує працю,
люди кажуть: Диво!
Ми самі усього досягли.

***
что думают старушки со скамейки
считающие жалкие копейки
по поводу сомнительной семейки
живущей на четвертом этаже
с их пианино старым дребезжащим
сыночком слабосильным и дрожащим
с подсвечником и вилками фраже

кто ходит к ним о чем ведутся споры
какой чумы в них затаились споры
на кухне их посуды грязной горы
все близоруки в роговых очках
все говорят с акцентом все картавы
и нет на них контроля и управы
отключишь свет читают при свечах

что думают старушки со скамейки
считающие жалкие копейки
по поводу расхристанной еврейки
с авоською идущей в гастроном
как располнела плохо ногу ставит
носком вовнутрь опять-таки картавит
и говорит на языке чудном

что думают о главном инженере
приличный человек по крайней мере
не водит баб сидит в своей фатере
один как сыч как перст совсем один
годами тот же плащ старообразный
и даже нос горбатый безобразный
не портит красоты его седин

что думают о смерти до которой
подать рукой о неприезде скорой
о дяде соломоне с тетей дорой
сидят на чемоданах вызов есть
но допуск был у дяди он в отказе
ну а у тети вовсе сдвиг по фазе
и жив покуда слабоумный тесть

и все покуда живы что приятно
Бог терпит всех и не зовет обратно
во тьму откуда всех нас непонятно
зачем извлек на грязно-серый свет
учил советской бытовухе жалкой
пожаловал хрущевкой коммуналкой
а есть ли Он для нас пока секрет

3 февраля 2017

***
Если идти следом, лучше идти стадом.
Музыка духовых. Награды сыпятся градом.
Лидер с рукой железной и плоским лицом удава.
Кровь из жерла войны, как из вулкана лава.
Странные времена нам под конец подарили –
не отмыли от грязи, не отряхнули от пыли,
показали выпуклость ужаса на плоском цветном экране.

Век-инвалид, потерявший руку в чужом кармане,
век-инвалид, потерявший разум в дыму пропаганды.
Город, стыд потерявший из-за полной шаланды,
говорят, что кефали, уплывшей в дальние дали
с рыбаками кОстями, по которым рыбачки страдали.
Проснешься – и старый мотив озорной уголовный,
встанешь к окну – пейзаж бесцветный неровный,
выйдешь на зимний пляж – ветер насквозь продувает.
Рыбка плывет к ногам. Не печалься, и хуже бывает.

Борис ХЕРСОНСЬКИЙ