ПОРОСЯЧЬИ ГЛАЗКИ

– Тьфу-тьфу-тьфу, поросячьи глазки, отдай, что взял!
Это у меня вместо доброго утра. Поплевала в угол, сказала, проснулась. А теперь надо вспомнить – что же я потеряла? Ведь не бывает такого, что жизнь – вот она, есть, а в ней ничего не теряется.
Когда-то по молодости я теряла девичью честь – регулярно, семь раз. А добрые люди мне ее возвращали. Но в конце концов ведь удалось! Так с тех пор и ведется – терялись очки, часы, паспорт два раза – один раз свой, один раз чужой. А сколько потеряно ручек, ключей, колец, цепочек, мыслей, возможностей и надежд…
Один раз я потеряла страну, два раза она меня теряла. И уж не знаю, к моему ли сожалению, к ее ли – нашла. Впрочем, в тот момент она могла потерять куда более серьезные вещи – и потому перестала обращать на меня внимание. Я старалась ей не мешать…
А два дня назад я потеряла носочек – очень хороший носочек, мягенький, тепленький, шерстяной, он мне жизнь спасал. Как же я теперь – без носочка и без жизни? Лучше б я еще раз паспорт потеряла – чужой! Что только я ни делала, где только ни искала! Все комоды и шкафы перерыла, кошку допросила с пристрастием… Оставшийся носок по квартире бросала – ну, чтоб привел свою пару. С лозой все углы облазила два раза, а может, и три – уже и позабыла. А ноги холодеют, а мысли стынут, а глаза закрываются, и руки все свечку нащупать норовят. А в голове все вертится что-то из Библии: «Мене, мене, текел, упарсин, носочек, носочек, иди ко мне…». И тапочки у меня белые – к чему бы это? Такое ощущение, что жизнь куда-то теряется.
И вот я, вся такая потерянная, забрела к ведьме. Она этажом выше живет и все время меня заливает. Марина ее зовут или баба Аглая, не помню точно. Глянула она на меня – и говорит человеческим голосом:
– Шановні депутати, на порядку денному – питання про національну пам’ять…
Ну, это не она сама, как я потом догадалась, а телевизор, включенный на полную громкость. А ведьма – что ведьма? Хорошая баба, по Библии всех лечит, по матушке посылает. Вот и меня научила, что говорить, если что-то пропадет.
– Тьфу-тьфу-тьфу, поросячьи глазки, отдай, что взял!
Вот эту фразу я повторяю ежедневно, по утрам. И носочек нашелся – в кастрюльке с макаронами. А вместе с ним – три кольца, две пары часов, паспорт – правда, чужой. А моих – аж две штуки, на 16 и на 40 лет – на антресолях рядом валялись. Цепочка свекрови нашлась в сливном бачке, книжка стихов с подписью автора – в песочке у кошки. Три кастрюли – под кроватью, там же порванные кеды со школьных времен. Любимая игрушка в виде маленькой обезьянки – я по ней так долго рыдала. Ручки. Блокноты. Книги. Ключи. Третий муж отыскался в шкафу, два года найти не могда, уже третий год мечтаю потерять обратно. Он так мне и сказал, когда выполз из шкафа:
– Ты не поверишь – счастье искал, но так и не нашел…Видно, в море унесло.
Людей я стала находить – странных. Подходят ко мне и говорят:
– А ты записалась добровольцем – волонтером – сестрой вечного милосердия? (нужное подчеркнуть).
– Ты почему не хочешь никуда записываться? Все записываются – и ты записывайся. Время сейчас такое: не запишешься – себя не найдешь.
И нет им конца – находкам, открытиям, обретениям, обнаружениям.
И нет им конца – найденным, открытым, обретенным, обнаруженным.
И куда мне от них деваться? И чувствую я, что теряюсь. Но нет – не находятся мои мозги в кастрюльке с макаронами, и не находятся мои чувства в сливном бачке, хоть я его полностью развинтила, и нет моих возможностей ни под кроватью, ни в шифоньере, и нет моих надежд на антресолях, хоть я их все по вещичке перебрала… Разлетелось у меня все – не собрать, не осталось у меня ни кусочка.
– Тьфу-тьфу-тьфу, поросячьи глазки, отдай, что взял!
Что я сегодня потеряла? Забыла… Куда-то задевалась память, причем уже давно, а я только сейчас это поняла. Где я только ни искала – мешок пылесоса весь перебрала четыре раза, кошкин песочек перетряхнула и все старые фотографии, на работе искала и на улице у всех спрашивала… потом, правда, забыла, о чем спрашивала.
И вот – расстилается передо мной белая-белая полоса, а на ней – ничего и никого. Только иногда вдруг какие-то тени… Детство… простуда… я лежу под тяжелым одеялом, а возле меня мои любимые игрушки – мишка и поросенок розовый, ушки желтые, глазки круглые, голубые. Вот они – поросячьи глазки, вот кто все прячет, чтобы поиграться, а потом все подсовывает в самые неподходящие места!
И вот так всю жизнь – бегают нежно-розовые поросята с круглыми голубыми глазами по зеленому лугу нашей памяти, поросшему сурепкой, спорышом и амброзией.

Еліна СВЕНЦИЦЬКА – для “Майдану”

Довідка: 

Еліна Свенцицька – українська письменниця, філолог, літературознавиця.

Доктор філологічних наук, профессор Донецького національного університету ім. В. Стуса, професор катедри філологічних дисциплін та міжмовної комунікації Інституту філології і журналістики Таврійського національного університету ім. В. І. Вернадського.

Авторка не одного десятка цікавих і змістовних досліджень з російської прози та поезії (зокрема «срібного віку», а також статей про творчість Миколи Гоголя  та Ісаака Бабеля), також в її доробку сім книг прози та поезії, створених впродовж майже двох десятиліть плідної літературної творчости.

44081503_1915469208569042_5136680293586960384_n-430x322